Николай Олялин родился 22 мая 1941 года в Вологодской области, в деревне Опихалино. В 1959 году он приехал в Ленинград и сразу поступил в ЛГИТМиК, на курс Александра Яна. Успешно окончив вуз, артист был направлен в Красноярский театр юного зрителя, на сцене которого за несколько лет переиграл множество разноплановых ролей. С 1968 года Николай Олялин начал работать на киностудии имени Довженко. Дебютировал в кино актер в роли летчика-истребителя Николая Болдырева в фильме "Дни летные".

Через год его пригласил режиссер Юрий Озеров на одну из ведущих ролей в киноэпопее "Освобождение". Роль капитана Цветаева заслуженно принесла Николаю Олялину всесоюзную известность. В 1990 году Олялин по своему сценарию поставил мелодраму "Неотстрелянная музыка", одну из главных ролей в котором исполнил сам. Всего Олялин сыграл почти в шестидесяти фильмах. Одной из последних его работ в кино стал инквизитор в картине "Дневной дозор", напоминает ИТАР-ТАСС.

В течение почти двух лет мы пытались исправить ситуацию самостоятельно, но у нас ничего не получилось. В Ямме все хуже и хуже. На нашем попечении около 30 домов престарелых и больниц в Нижегородской, Новгородской, Брянской, Псковской, Тульской, Тверской областях, но нигде нет такой ужасающей смертности, как в доме престарелых в Ямме.

И мы уверены, что виной тому отсутствие какой-либо врачебной помощи и наплевательское отношение к старикам персонала Дома, а главное - равнодушие его директора.

"Это произошло около 18:30 в воскресенье, 25 октября. Сейчас на месте происшествия работают спасатели и полиция, они огородили кратер, чтобы никто не пострадал. Мы окончательно не уверены, что это метеорит, поскольку, по словам очевидцев, что-то упало с неба и было возгорание. На данный момент самое главное выяснить, есть ли там радиация. За текущую ночь мы это выясним", - рассказала помощник начальника Государственной пожарно-спасательной службы (ГПСС) Инга Ветере телеканалу "Вести".

Свидетель происшествия Ансис Штейнбергс пояснил Delfi, что сначала услышал звук, напоминающий звук летящего низко над землей самолета. После этого он заметил в воздухе огненный объект средней величины.

  Место происшествия оцеплено, туда направлены представители латвийского Центра радиации и Национальных вооруженных сил страны, передает ИТАР-ТАСС. Помимо прочего, они должны провести замеры уровня радиации.

В истории войны на Тихом океане часто встречались эпизоды, когда японцы, казалось бы, упускали возможность довершить разгром противника и упрочить свою победу. Это и отказ Нагумо от нанесения третьего удара по Перл-Харбору, и отступление Микавы после боя у острова Саво, и нерешительность в ходе боя у Командорских островов. В действиях японской стороны сочетались дерзость и осторожность, готовность пойти на любые жертвы и стремление сохранить силы «для решающего боя». Апофеозом для всего этого стал бой у острова Самар 25 октября 1944 г., один из эпизодов воздушно-морского сражения в заливе Лейте. Именно сражение у острова Самар стало кульминацией авантюрного японского плана по отражению американского вторжения на Филиппины. Только через три года после начала войны японцы решились пустить в дело линейные силы своего флота. Вместе с пилотами-камикадзе линкоры и тяжелые крейсера должны были остановить натиск американцев, нанеся силам вторжения серьезные потери. Согласно плану «СЁ», Первое ударное соединение вице-адмирала Куриты должны было нанести удар по транспортам с десантом на якорной стоянке в заливе Лейте, в то время как основные силы американского флота будут отвлекаться Мобильным флотом адмирала вице-Одзавы. Соединение Одзавы включало в себя авианосцы (правда, на которых почти не было самолетов) и поэтому должно было привлечь основное внимание американцев.  Корабли Куриты должны были следовать без воздушного прикрытия и рассчитывать только на свою зенитную артиллерию. В итоге, план японского командования сработал, пусть и оплаченный потерями. Тяжелейшие потери понесло соединение Одзавы, потерявшее все четыре авианосца, но отвлекшее на себя 3-й американской флот Хэлси. Погибло «Южное соединение» вице-адмирала Нисимуры, пытавшееся в ночь на 25 октября прорваться в залив Лейте через пролив Суригао. Потери (включая линкор «Мусаси») от воздушных атак американцев 24 октября понесло и соединение Куриты. Но, в итоге ранним утром 25 октября в прицелах японских линкоров и крейсеров соединения Куриты оказались эскортные авианосцы и эсминцы «Оперативного соединения 77.4» контр-адмирала Спрэга. Американские авианосцы начали отход, их самолеты начали атаковать японские корабли, а американские эсминцы пошли в отчаянную атаку на японские корабли. Японцы же в свою очередь действовали на удивление нерешительно, преследуя отходящие американские корабли. От бомб американских самолетов получили повреждение три японских тяжелых крейсера. Еще один тяжелый крейсер, «Кумано», был поврежден торпедой с американского эсминца. У американцев был потоплен авианосец «Гэмбиер Бэй» и еще несколько были повреждены. Потеряны были также два эсминца и один эскортный миноносец. Но в 9:25 Курита отдал приказ об отходе. Существует множество версий для объяснения причин этого отступления. Это и решительные атаки американской авиации и эсминцев, и отсутствие точной информации об основных силах американского флота, и тяжелейшее напряжение японского соединения. До американских транспортов в заливе Лейте оставалось два часа хода. При этом объяснения японской стороны часто не выдерживают никакой критики. Японцы указывают, что приняли эскортные авианосцы Спрега за тяжелые авианосцы главных сил американского флота. Однако данный аргумент показывает, что японцы сознательно отказались от уничтожения более чем достойной цели.